15 июля, Крещатик: вид снаружи.

[yes1111]

О фарсе, разыгранном оккупационным режимом в здании Печерского райсуда 15 июля, я уже рассказывал в материале "15 июля: Четыре неразлучных прокурора и щенок". Наконец-то, дошли руки отчитаться и о том, что видел в этот день и в чем имел честь принимать участие сам.
Визуально по сравнению с понедельником, 11 июля практически ничего не поменялось: все та же жара, та же диспозиция, те же люди, те же лозунги, те же менты и сексоты, те же глушилки и калашниковские пэтэушники. Поэтому снимал не все подряд, а старался акцентировать внимание на чем-то необычном, или же на таком, чего раньше не было.











Съемочная бригада телеканала ТВі. Рад видеть. Удачи вам, ребята!



















И снова напротив нас, по другую строну "баррикад" - калашниковские ПТУшники.



Их опять всего лишь два или три десятка. Но, расставленные квадратно-гнездовым методом на ширину амплитуды размахивания знаменем, издалека они создают видимость массового присутствия. Тем более, что верх и низ сооруженного для них загона завешен транспарантами, со щелью шириной сантиметров 30 или 40, где-то от пояса и чуть ниже, чем до уровня плеч.



Впрочем, жара и рев собственных же глушилок берут свое, и удерживать бойцов на позициях удается на всегда.





В отличие от наших митингующих, которые без вопросов, охотно и доброжелательно позируют перед любыми объективами, калашниковские "майданарбайтеры" - удивительно скромные люди. Едва заметив нацеленную на них камеру, они, за редким исключением, норовят тут же спрятаться за транспарантами. Один от скуки решил затеять со мной игру: вовсю кривлялся и гримасничал, а при виде объектива тут же прятался за ширмой. Только вот не учел бедолага, что укрытие защищает не лучше тюлевой занавески. Итак - Гюльчатай, покажи личико!





А вот и наша старая знакомая, водосточная труба - героиня репортажа о 14 июня. Все еще на месте, но менты проволокой привязали к ней барьер. Ну, теперь понятно, отчего она все время ломается. Жертва, так сказать, милицейского произвола ;))















А эта женщина решила выяснить значение слова "грифон" - так у нас называется судебная милиция.



И результатами поделилась с нами. Не очень грамотно, правда, но по сути подмечено верно.



Намного больше стало людей с трехцветными "косичками". Многие их плетут тут же, из раздаваемых активистками ниток. И повязывают, что называется, и стар, и млад. Кто во что горазд.











Около 13.00 проплаченное время у наших "друзей", как и следовало ожидать, закончилось. Сначала они испарились сами, а еще через полчаса заглушили и свернули свою тошнотворную шарманку. Интересно, заплатил ли Калашников Павлу Зиброву за свой гимн? Надо бы подсказать Зиброву, пусть берет с него деньги. Хотя бы по тысяче за каждое прокручивание. Еще: братил внимание на новый бус.

























Замечательно выступила бабушка, народ тут же кинулся ее обнимать и целовать. Новая Параска? ))



И наконец - традиционный раздел, начатый в материале "О дряни". Продолжение темы.





Чудо враждебной техники: спецустановка стереоскопического (3D!) видеонаблюдения за массовыми скоплениями граждан ССВ-02М (по классификации НАТО - Big Brother). Вероятно, выкидыш лубянских лабораторий, подаренный братскому режиму. Из филейной части автомобиля УАЗ системы "бобик" поднимается телескопическая штанга, которую венчает пара любопытных глаз. А в срединной про между них "дуле", надо полагать, микрофоны.



Общий вид.



Головка камерного канала.





Рабочее место оператора.

Ну, да ладно, и хрен с ними. У этой публики своя работа и свои задачи, а у нас - свои.

В понедельник, 18 июля, в 11.00 собираемся все там же. Киевляне, к вам особая просьба. Приводите всех своих друзей и знакомых.  Речь сейчас уже идет не о Юле, Юре, Коле, Пете или Маше. Ожившая мумия тоталитарного режима набирает силу не по дням, а по часам, питаясь нашим страхом, равнодушием и разочарованием. Помните: никто за нас наше будущее не отстоит. Если промолчим сейчас, то завтра нас будут паковать даже просто за бессловесные аплодисменты, как в Белоруссии. Лучше пожариться и помокнуть сейчас, чем потом много лет только тихо скулить и плакаться по кухням.